На Форуме будущих технологий, проходившем 25 – 26 февраля 2026 года в Москве, среди экспонатов были не только биопринтеры и онкопрепараты. Здесь же представили разработки для экологии, сельского хозяйства и пищевой промышленности — сегменты, которые национальный проект «Технологическое обеспечение биоэкономики» включил в одну повестку с фармацевтикой. Логика простая: суверенитет в биотехнологиях — это не только про больницы. Это ещё про то, из чего сделан крем на полке аптеки, какие ферменты использует хлебозавод и где произведена капсула с витамином С.
От импортного сырья к алтайским дикоросам
Косметическая отрасль прошла через наиболее быструю трансформацию после 2022 года — просто потому, что выбора не было. Уход западных брендов освободил полки, но заодно обнажил зависимость от импортного сырья: большинство российских производителей закупали за рубежом не только ароматизаторы и красители, но и базовые эмульгаторы, консерванты, активные компоненты.
За три года картина заметно изменилась. Базовые компоненты — глицерин, пропиленгликоль, растительные масла, простые эмульгаторы — российские химические предприятия освоили, и качество в массовом сегменте уже сопоставимо с европейским. Уровень локализации в парфюмерно-косметической отрасли вырос с 51% и, по прогнозу Минпромторга, должен достичь 70% к концу 2026 года. Производство косметики в 2024 году выросло на 33% к предыдущему году.
В марте 2025 года в Протвино (Московская область) компания «Аравия» запустила завод полного цикла — кремы, сыворотки, маски, скрабы, шампуни, гели, декоративная косметика. Мощность — до 28 млн единиц в год, более 600 наименований, ориентация прежде всего на профессиональный рынок — салоны красоты и клиники.
Один из самых интересных проектов в сегменте — производство гиалуроновой кислоты из российского зерна компанией «Ока-Биотех». Опытная партия уже выпущена, сейчас идёт подготовка к промышленному масштабированию. До сих пор гиалуроновая кислота полностью поставлялась в Россию из-за рубежа — преимущественно из Китая. Если проект выйдет на промышленный объём, это закроет потребность одновременно косметологии и медицины.
Отдельным драйвером стала натуральная и органическая косметика: спрос на неё вырос на 31% ещё в 2022 году и с тех пор не падает. Российские производители активно используют локальное растительное сырьё — алтайские дикоросы, растительные масла и экстракты, улиточный муцин. Такое сырьё не зависит от импортных цепочек по определению и, что важно, нравится российским потребителям.
Высокотехнологичные ингредиенты пока остаются узким местом. Специализированные УФ-фильтры и консерванты для премиальной косметики тоже. В люкс-сегменте свободную нишу активно занимают корейские, израильские и турецкие бренды — российским производителям здесь пока конкурировать сложнее, но не всё сразу.
Анна Алексеева
Рынок нутрицевтики переделался сам
Рынок БАД — редкий случай, когда импортозамещение случилось во многом без государственного участия. Уход iHerb с российского рынка стал мощным катализатором: многие отечественные компании успели появиться, пройти аккредитацию и стать узнаваемыми именно в этот период. Сейчас доля отечественных производителей в сегменте превышает 80% в натуральном выражении, производство выросло на 6% в 2024 году.
Ассортимент при этом заметно усложнился. Рынок движется от базовых витаминных комплексов к более специализированным продуктам: препараты для сна и снижения стресса, адаптогены, суперфуды, коллагеновые пептиды. Меняются и форматы — липосомальные формы, жевательный мармелад, порционные шоты вместо привычных капсул и таблеток. За этим стоит запрос на превентивный подход к здоровью и осознанное долголетие — глобальный тренд, который российский рынок воспринял вполне органично.
Контрактное производство по стандартам GMP позволяет небольшим брендам выходить на рынок без собственных мощностей, что дополнительно разнообразило предложение.
Анна Алексеева
Ферменты, закваски, кислоты
Этот сегмент наименее заметен потребителю, но критически важен для пищепрома и АПК. Закваски для хлебопечения и молочной промышленности, ферменты для кормов, лимонная и аскорбиновая кислоты — всё это Россия до недавнего времени импортировала в значительных объёмах.
В рамках федерального проекта «Импортозамещение критической биотехнологической продукции» сейчас реализуется несколько производственных проектов одновременно. В Тульской области запускается производство лимонной кислоты мощностью 23 тыс. тонн с перспективой расширения до 60 тыс. тонн — это критическое сырьё для фармацевтики, пищепрома и биотехнологических процессов. В Ярославской области строится завод по производству заквасок, в Калужской — производство аскорбиновой кислоты, в Белгородской области — ферментный завод на основе отечественных штаммов-продуцентов, разработанных Институтом цитологии и генетики СО РАН и ФИЦ Биотехнологии РАН.
Последнее особенно важно: это не просто замена импортного поставщика отечественным — это переход от импортного трансфера технологий к собственной научной базе. Разница принципиальная: свои штаммы-продуценты означают независимость не только по сырью, но и по технологии.
Биоэкономика здоровой жизни
Перспективы второго контура
Второй контур биоэкономики — косметика, нутрицевтики, пищевые биотехнологии — развивается по иной логике, чем фармацевтика. Здесь меньше государственного принуждения и больше рыночных стимулов: потребитель голосует рублём за натуральность, осознанное потребление и локальное происхождение. Это создало условия, при которых часть импортозамещения произошла органично, без субсидий и нацпроектов.
Нацпроект «Биоэкономика» добавил к этому системный уровень: производство базовых биокомпонентов, собственная научная база для ферментов и заквасок, инфраструктура для масштабирования. Узкие места остаются — высокотехнологичные ингредиенты для премиальной косметики, конкуренция с азиатскими и ближневосточными производителями в люкс-сегменте. Но общий вектор считывается чётко: биотехнологии перестали быть только про медицину и всё увереннее входят в повседневную жизнь потребителя.
Анна Алексеева
Команда ИНФРАГРИН
