Банк России опубликовал Доклад для общественных консультаций по проекту методологических рекомендаций по климатическому стресс-тестированию банков. Речь идет об учете переходных рисков. Документ опирается на сценарии Сети по экологизации финансовой системы (NGFS) — международной платформы центральных банков и надзорных органов за экологизацию финансовой системы. ИНФРАГРИН предлагает посмотреть на карту рисков с учетом взрывного спроса на электроэнергию, который спровоцирован гонкой ИИ.
Прилетают не только лебеди
В стрессовых вариантах этих сценариев NGFS — «Ниже 2°C» и «Net Zero 2050» — предполагается нарастающий спрос на низкоуглеродную энергию и соответствующее снижение востребованности ископаемого топлива. Компании с углеродоемкими бизнес-моделями, которых в регуляторном лексиконе принято называть «коричневыми» заемщиками, должны в этой логике нести растущие переходные риски — потерю рынка, падение стоимости активов, рост кредитного риска для банков-кредиторов.
Климатические сценарии NGFS, лежащие в основе методологии ЦБ, строятся на предположении, что технологический прогресс и регуляторное давление будут последовательно снижать долю ископаемого топлива в мировом энергобалансе. Предпосылка выглядит внутренне последовательной, если бы не "черная ворона" мирового энергетического рынка — взрывной рост потребления электроэнергии дата-центрами под нагрузкой искусственного интеллекта и майнинга криптовалют.
Масштаб нового спроса вполне может деформировать ключевую предпосылку сценариев. По прогнозу BloombergNEF, приводимому в материале Yale Environment 360, потребление дата-центров в США вырастет с 35 ГВт в 2024 году до 106 ГВт к 2035-му — то есть утроится за десять лет. Организация As You Sow, один из национальных лидеров США в сфере акционерного активизма, в своем докладе «Compute and Consequence» (2025) оценивает долю дата-центров в американской электрогенерации в 7–12% уже к 2028 году. Совокупный пайплайн заявок на подключение дата-центров к американским энергосетям превышает 700 ГВт — это больше объема электрогенерации США за весь 2024 год.
За два года — с января 2023 по январь 2025 — предложение новых газовых мощностей в США выросло на 70%, достигнув почти 200 ГВт в активной разработке. Это прямая реакция энергетической инфраструктуры на новый класс потребителей.
Команда ИНФРАГРИН
Угольные генерации востребованы
Технологическая гонка уже запущена, и энергия нужна не в горизонте долгосрочных планов, а прямо сейчас — в масштабах, которые нарастают с каждым кварталом. Дата-центры под нагрузкой больших языковых моделей потребляют электроэнергию непрерывно, с предельно высоким коэффициентом нагрузки: им требуется стабильное диспетчируемое снабжение — круглосуточное, не зависящее от погоды и времени суток.
Атомная энергетика в этом смысле технически безупречна. Именно поэтому крупнейшие технологические компании подписывают контракты на ядерную мощность: Microsoft перезапускает Three Mile Island, Google договаривается с Kairos Power, Meta формирует ядерный портфель до 6,6 ГВт.
Но атомная энергетика требует многолетнего горизонта планирования и строительства, тогда как дата-центрам энергия нужна уже сегодня. Один из наиболее продвинутых американских SMR-проектов — 1,5 ГВт станция Elementl Power в Огайо на реакторах GE Vernova Hitachi BWRX-300 — предполагает начало строительства в 2030 году и ввод в эксплуатацию в 2034-м, и то при условии своевременного получения всех регуляторных одобрений и согласований. Это и есть тот самый «многолетний горизонт» в конкретных цифрах.
Похоже, что вопрос сейчас стоит так: если атомная отрасль не ответит быстро, эта возможность будет упущена в пользу ископаемого топлива. Временной разрыв между потребностью и доступным безуглеродным решением — и есть то пространство, которое занимает сейчас уголь, а также нефть и газ. Так что на среднесрочном горизонте концептуального падения спроса на «коричневую» генерацию не предвидится.
Картина в США — это уже свершившийся угольный разворот, а не тенденция в зачатке. По данным The New York Times, которые приводит Yale Environment 360, энергетические компании продлили сроки работы почти трети угольных блоков, ранее намеченных к выводу. Глава Southern Company, одного из крупнейших американских энергооператоров, сформулировал кредо так: «Мы будем продлевать жизнь угольных станций так долго, как только сможем, потому что нам нужны эти ресурсы в сети».
Крупная американская энергетическая компания, владелец и оператор угольных и газовых электростанций, Dominion Energy оставила в работе угольную станцию Clover в Виргинии именно ввиду «роста спроса со стороны дата-центров» и сдвинула горизонт своего угольного портфеля на 20 лет вперед — до 2045 года. В Небраске вывод угольной станции был отложен под давлением заявок от дата-центров. В Джорджии ожидается утроение энергопотребления в связи с ИИ-инфраструктурой.
Техасская компания Cipher Digital строит рядом с угольной станцией Sandy Creek кампус мощностью 500 МВт, среди якорных арендаторов — AWS и Google. Физическая близость к угольной генерации здесь не случайность, а инфраструктурная логика: прямое подключение без потерь в сети.
4 июня 2026 года Трамп анонсировал пакет поддержки угольной отрасли объемом 700 млн долларов, задействовав механизм Закона о производстве в интересах обороны (Defense Production Act) — инструмент, традиционно применяемый в условиях национальной чрезвычайной ситуации. Средства будут направлены на модернизацию 13 угольных станций, строительство двух новых и создание угольного экспортного терминала на западном побережье.
Штат Вайоминг — исторически угольный регион, где ископаемое топливо дает 72% электрогенерации, из которых 59% приходится на уголь, — превращается в ведущий ИИ-хаб страны: Microsoft, Meta, Crusoe Energy строят там объекты суммарной мощностью около 1,8 ГВт.
Казахстан претендует на роль регионального ИИ-хаба, замкнутого на угольную генерацию. Правительство анонсировало создание «долины дата-центров» в Павлодарской области — на базе Экибастузского угольного бассейна с разведанными запасами в 33 млрд тонн («при нынешних темпах добычи хватит на 300 лет», — заявил президент Токаев). Уголь объявлен национальным стратегическим активом и переведен в статус Национального проекта. Токаев недвусмысленно обозначил идеологическую рамку: «Президент Трамп прав, когда говорит: "Мне нравится уголь, а не ветер". В этом есть доля истины».
Проект с самого начала позиционируется как международный. Яндекс открыл в Казахстане облачный регион в 2024 году. Казахтелеком партнерится с китайской государственной энергокомпанией на объекте мощностью 100 МВт. Veon — телекоммуникационная группа, перебазировавшаяся из России в Дубай, — строит собственный дата-центр. Компания Presight из ОАЭ возвела первый из двух запланированных суперкомпьютерных комплексов. Токаев лично встречался со Стивеном Шварцманом, главой Blackstone, продвигая казахстанские дата-центры американскому капиталу.
Примечательно, что президент Казахстана совершенно определенно отозвался и по другой проблеме: развертывание газовых электростанций буксует из-за того, что новые месторождения не разведаны. Отсутствие разведанных запасов президент назвал «прямым следствием неэффективного планирования» и «абсолютно недопустимым в нынешней исключительной ситуации». Казахстан, судя по всему, уже провел свой собственный стресс-тест — и вынес вердикт в пользу дата-центров, угля и газа.
Команда ИНФРАГРИН
Технологические гиганты между декларациями и реальностью
Все крупнейшие игроки — Amazon, Google, Meta, Microsoft — декларируют покрытие 100% потребления возобновляемой энергией, что на практике означает покупку сертификатов происхождения энергии (REC). Эти сертификаты, по оценке As You Sow, зачастую не привязаны ни к конкретной зеленой генерации, ни к тому же временному и географическому контуру, что и потребление.
Пример Meta, который приводится в докладе As You Sow показателен: компания отчитывается о рыночных выбросах Scope 2 от потребленной электроэнергии в размере 1 658 тонн CO₂е, тогда как локационные выбросы — реальный углеродный след по фактическому энергомиксу в точках присутствия дата-центров — составляют 5 141 350 тонн CO₂е. Разница в три тысячи раз.
Microsoft пересматривает обязательства по энергоснабжению в формате 24/7 за счет безуглеродных источников и публично поддержал отсрочки вывода угольных мощностей в Виргинии. Расследование Politico прямо называет крупнейшие технологические компании среди факторов, тормозящих закрытие угольных мощностей в интересах собственной инфраструктуры.
Европа дает аналогичный пример. Польша — абсолютный лидер по угольной зависимости в ЕС: 52,2% энергомикса в 2025 году (жесткий уголь — 32,9%, бурый — 19,3%), единственная страна союза без даты угольного фазаута и единственная, не сдавшая климатический план в Брюссель — Еврокомиссия уже подала в суд.
Но именно эта страна претендует на статус ведущего цифрового хаба Центральной и Восточной Европы: мощности дата-центров только за 2021–2023 годы удвоились, к 2030-му ожидается утроение, Equinix, Microsoft и Google Cloud уже зашли. Доля возобновляемой энергии при этом стагнирует на уровне 29% второй год подряд — вопреки обещаниям политиков при смене правительства и декларированному курсу на ускорение энергоперехода. Технологические гиганты выбирают самую угольную страну ЕС в качестве цифровой инфраструктуры Европы — и никого это, судя по всему, в части климатических переходных рисков не смущает.
Команда ИНФРАГРИН
Карту рисков придется перерисовывать
В этом материале мы намеренно не касаемся Китая, Индии и азиатского контура в целом, где разворачиваются сопоставимые, а по многим параметрам значительно более масштабные процессы. Только в китайском пайплайне к концу 2025 года находилось 291 ГВт угольных мощностей — уже одобренных или строящихся. Но даже усеченная и фрагментарная картина закладывает сомнение в верности предпосылки, лежащей в основе стрессовых климатических сценариев NGFS, особенно на горизонте 10 – 15 лет.
«Коричневые» заемщики в новых условиях выглядят не как производители устаревшего ресурса, вытесняемые чистой энергетикой, а как поставщики диспетчируемой мощности, которую технологические компании, суверенные фонды и государства покупают с нарастающей срочностью. Спрос на них связан с технологической гонкой, исход которой определяет не только коммерческий успех отдельных компаний, но и геополитический вес целых стран.
Конечно, на горизонте 20–25 лет атомная генерация способна масштабироваться, ВИЭ с накопителями будут дешеветь, а «коричневые» позиции слабеть — примерно так, как и предполагает NGFS. Физические климатические риски никуда не делись, регуляторное давление в ряде юрисдикций будет нарастать.
Но банковский кредитный риск живет в принципиально другом времени: типичный горизонт кредита в России не превышает трех лет. На этом горизонте «коричневый» заемщик, работающий в условиях растущего спроса, — совсем не тот контрагент, каким его рисует стрессовый сценарий. Именно этот мисматч горизонтов и делает пересмотр карты рисков не академическим упражнением, а практической необходимостью для банковского надзора.
ИИ не вписался в климатические сценарии. Похоже, что теперь сценариям придется вписываться в реальность ИИ.
Изображение вверху: нейросеть Nano Banana Pro
Команда ИНФРАГРИН
